Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
22:04 

Идальга
Садист широкого профиля.
Рабочее обозначение: Сущности.

На самом деле это пока черновик, но вот за мнения, поддержку, советы и замечания по логике поступков героев и прочему - буду благодарен. Равно как и за вопросы.:)


- А он кто?
- Не знаю.
Невысокая стройная девчонка сразу понравилась Андрею и он старался держаться к ней поближе.
- То есть как?
- И никто не знает. Но он собрал нас всех. Говорят, что не только нас. У него особенность – видит Зрячих.
- Но…
- Все просто, - Птаха протянула Порохову чашку и села за стол. До того девушка носилась по небольшой уютной кухне, нарезая бутерброды на всех и готовя кофе и чай. – Чёрный – очень старый Зрячий. Никто не знает, сколько он уже живет. Но он – особенный. Сильный, координирует все группы активных. То есть Зрячих много, но не все достаточно сильны и способны бороться с Сущностями.
Порохов медленно кивнул.


Ночной разговор в лагере поставил тогда всё с ног на голову. Впрочем, на самом деле наоборот – вернул самого Андрея на твердую поверхность.
Да, он был особенным – он мог видеть, как страхами людей питались неведомые твари. Он был еще более особенным, потому что мог не только видеть, но и уничтожать Сущности. Его способности – врожденные, но у каждого они проявляются по-разному. Все Зрячие умеют видеть тварей, некоторые умеют предсказывать будущее, некоторые – читать мысли, иные – левитировать или сражаться, лучше, чем другие. Многие просто продолжают жить – изредка чистят родных и близких от Прилипал, обходят стороной Упырей и сообщают об увиденных Маньяках – если доведется встретить. И лишь совсем немногие готовы отказаться от нормальной жизни и заняться охраной остальных. Те немногие, которым есть что противопоставить Сущностям – силу, умение и способность нанести удар, который уничтожит противника. Не оставит от него и следа.
Порохов выслушал, сухо кивнул и ушел спать.
Утром, поднимаясь по будильнику, машинально умываясь и бреясь, Андрей не сразу вспомнил о том, что произошло накануне. Счел сном.
И лишь притихшие вожатые, напряженная, сжимающая в тонкую линию губы, Настя, отсутствующий Миша – дали понять. Не приснилось. Было на самом деле.
Вчера он убил человека.


- Сущность второго порядка – Упырь. Чёрный сказал, что ты именно его уничтожил. Они появляются, если человек неосознанно переправляет Прилипал на окружающих и кормит их эмоциями и страхами. Таких людей чувствуют даже не Зрячие, в быту зовут «энергетическими вампирами». А мы их зовем Страшилами, потому что они умеют создать обстановку, в которой Сущности комфортно получать чужие страхи. Прилипала, получающий силу не от того человека, на котором сам сидит, начинает перерождаться, постепенно изменяется, становится сильнее и это уже не паразит, а симбионт. Человек его не видит, но Упырь делится со Страшилой частью энергии и тому становится хорошо. Связь возникает быстро, но дальше все зависит от способностей человека. Многие остаются на примитивном уровне и уничтожение Упыря просто временно ослабляет человека…
- А если не остаются на примитивном уровне? – удивительно, но голос не дрожал. И пальцы тоже. Андрей рассматривал других таких же особенных людей, как он сам, и ловил себя на мысли, что относится к происходящему как к новой ступени обучения. Словно вернулся в институт и теперь введен новый предмет: Сущности. И, наверное, в конце семестра будет экзамен.
- Если Упырь силен. И их связь со Страшилой осознанна, то смерть Сущности приводит…
- К смерти человека, - медленно сказал Порохов. – Диагноз: обширный ишемический инсульт. Получается, что я его убил.
Сказать вслух – значит, признать. Примириться.
- Да, - впервые заговорил один из мужчин. Высокий, подтянутый, широкоплечий. Едва увидев того, Андрей подумал, что таких красавчиков только в модных журналах показывать – скуластый, с вьющимися русыми волосами, мужественной до отвращения физиономией, ровным загаром и белозубой улыбкой. Берн, так его представила Птаха, молча подал Порохову руку и с того момента не произнес ни слова. – Убил.
Его выдавал легкий акцент. Порохов поймал взгляд удивительно ясных зеленых глаз и кивнул:
- Знаю. Но эта тварь… пугала детей.
- Ты правильно сделал.
Пожилая женщина – её назвали просто и незамысловато: Тихая - положила сухую, ухоженную ладонь на руку Андрея:
- Нам всем тут приходится делать такой выбор. Постоянно.
Порохов допил чай, отставил пустую чашку и пожал плечами:
- ОН второго уровня был. А дальше? Есть хуже, чем он?
- Есть, - Птаха вздохнула, - Есть еще третья, четвертая и пятая категория. Пятую давно не видели, лет шестьдесят. По крайней мере, у нас. Уничтожить трудно, распознать – еще труднее. Наша задача в основном не допускать третьей и четвертой. А это Маньяки и Палачи.
- Расскажешь подробнее?
- Лучше дать ему учебник. – Посоветовал третий находящийся на кухне мужчина. Дикий.
Андрею он представился сам, и руку подал, и пожал крепко. И смотрел вполне доброжелательно. Потому с ним Порохов хотел еще отдельно поговорить, задать вопросы. И услышав предложение, выгнул бровь:
- А что, есть еще и учебники?
Птаха заливисто рассмеялась:
- Есть библиотека! Огромная. Там много историй, много описано ритуалов, методик. Есть и книги по Сущностям. Там…
- Погоди, - перебил девушку Берн. Тяжело посмотрел на Порохова, - Во-первых, доступ в библиотеку только для команды. Он – еще не в команде. Во-вторых, доступ всё равно выдает Черный. А на Андрее пока нет персональной метки. Равно как и второго имени.
Повисла настороженная тишина. Зрячие переглядывались, но молчали. Андрей тоже, но он обдумывал сказанное и в нём удивительно боролось чувство долга (по отношению к кому? Кому ты что-то должен?) и желание уйти, забыть, со временем даже убедить себя, что Слизни (Прилипалы?) не более чем паразиты, вроде тараканов. Но победила, как ни странно, давно привычная, яркая и очень жесткая жажда знаний. Учиться Андрей обожал. Потому, наверное, и стал лучшим на потоке, потому и в больнице его выделяют… И сейчас пройти мимо нового, ранее неизвестного знания, Андрей не мог. Не хотел.
Надо ради него сразиться с тварями, которые влияют на людей – замечательно! Повод убить двух зайцев одним выстрелом!
Андрей посмотрел в зеленые глаза Берна и кивнул:
- Да, метки у меня нет. Но я готов сделать все, что потребуется, чтобы стать членом команды.
Берн помолчал. Пожал плечами, и, выходя из кухни, уже на пороге обронил:
- Сломаешься ведь.
- Не сломаюсь. – Не ему, скорее себе ответил Андрей, посмотрел в опустевшую чашку и повторил, - Не сломаюсь. В конце концов, у каждого врача есть персональное кладбище. И я буду рад заполнять их Сущностями, а не пациентами.
Птаха широко улыбнулась:
- Еще чаю?



Метку жгло так, что у него выступили слезы. Андрей сглотнул, аккуратно убрал потеплевшую ткань от плеча, опустил в миску с водой и почти растаявшим льдом и снова вернул.
Два часа назад к нему домой, без предупреждения приехал Черный. Приехал, позвонил в дверь и когда Порохов появился на пороге, заявил, что будет делать его «своим» для команды. Андрей обрадовался, проводил Чёрного в гостиную, сам расположился и спросил:
- Что такое метка?
- Метка это то, что дает тебе право на самые закрытые разделы Великой Библиотеки. Разумеется, если ты к этому готов.
- Готов.
Слова сорвались с губ быстрее мысли, но и мыль эту Андрей обдумывал все два дня с момента встречи. И оперируя – он вернулся в больницу и втянулся в работу с энтузиазмом интерна – и ужиная с Диной, и глядя на широкий экран в кинотеатре. А теперь вот подтвердил.
- Метка ставится один раз. Удалить ее нельзя, но из команды и не уходят.
- И никогда не уходили? – не удержался от вопроса Порохов.
- И никогда не уходили. Раз приходят и готовы получить метку – значит, понимают, что это на всю жизнь.
Андрей нахмурился. Оперся локтями о стол, положил подбородок на сложенные кисти. Помолчал.
- Выходит, дорога в один конец?
- Жизнь в принципе дорога в один конец. Какая разница?
- К чему обязывает метка?
- Исключительно к сохранению тайны. Будь Сущности разумной расой по сути, чем-то единым – мы могли бы говорить о предательстве, верности и прочем. Сущности эгоистичны. Это аксиома. Они способны организовать временный союз с себе подобными исключительно для развития. Если ты не захочешь служить команде – метка остается. Потому что ты просто не сможешь пройти мимо человека, которого убивает Сущность.
Андрей кивнул. Он поймал себя на мысли, что рассматривает собеседника и почти любуется им. Черный был высок и сухощав. Но двигался он необычайно стремительно и точно. У куратора (а как его еще назвать Андрей не придумал) оказались темные, непроницаемые глаза, когда он снял очки. И очень внимательный цепкий и жесткий взгляд делал его образ неприятным. Но четкая линия скул, красивые губы, тонкий прямой нос – смягчали ощущение от взгляда.
А еще у него были длинные сильные кисти и пальцы музыканта.
Или хирурга.
- Что еще дает метка?
- Доступа к Библиотеке мало? – ехидно поинтересовался Чёрный. Поймал взгляд Андрея, но Порохов и не думал смущаться.
- Я хочу знать все.
- Все ты будешь узнавать в Библиотеке. Я не шучу – там хранятся подлинные знания о природе человека, Сущностей, Зрячих… И прочей нечисти. Например, ты никогда раньше не слышал о Тоннельниках – а это необыкновенная раса, которая делит мир с людьми. Правда, они живут поглубже, в земле, им комфортно около ядра и они совершенно не относятся к органическим существам.
Андрей моргнул.
- Тоннельники? Другая раса?
- Да. А еще есть Домовые. Отдельная ветка перерожденных Сущностей. Создаются искусственно, но потом приносят пользу. А еще…
- И это все есть в Библиотеке?
Чёрный улыбнулся. Порохов уже не опирался подбородком на руки, он сидел ровно и очень внимательно слушал собеседника.
- Есть?
- И это. И многое другое. Зрячие тысячи лет собирают, обрабатывают и бережно хранят любые знания. Доступ к ним – особенно к закрытым разделам – и есть самое главное благо метки. А еще – повышенная чувствительность на Сущности, вплоть до Шестой категории – самой последней известной. И умение чувствовать других обладателей метки.
- Я готов.
- Будет больно. – Предупредил Черный, кивнул Андрею на диван, - Лучше лечь. И очень крепко сжать зубы.
Не соврал.

Андрей менял компресс, иногда поглядывал на невидимую метку, по ощущениям – сплошной ожог третьей степени – и раздумывал, как объяснять Дине странный процесс прикладывания примочек к здоровой на вид руке. Мысль сделать там порез – все равно заживет – или синяк Порозов отмел сразу же. Даже думать о том, что на том месте у него будет еще один источник боли, он не хотел. Не был к этому готов.
Он снова окунул ткань в миску, понял, что лед надо досыпать новый, вздохнул, встал.
И понял, что боль ушла.



Начало текста тут.
запись создана: 30.11.2016 в 02:56

@темы: Творчество.

URL
Комментарии
2016-11-30 в 19:51 

~Alexija~
Рыжая - это состояние души
:jump3: еще, еще проду:jump3:
мне нравится

2016-12-01 в 01:09 

chorgorr
Самоучка по культуре и по натуре робинзон, чему в реальной конъюнктуре едва ли сыщется резон
Всё любопытнее и любопытнее)

2017-01-03 в 23:50 

chorgorr
Самоучка по культуре и по натуре робинзон, чему в реальной конъюнктуре едва ли сыщется резон
Что-то давно проды не было(

2017-01-03 в 23:54 

Идальга
Садист широкого профиля.
chorgorr,
некогда вообще...( Мыслей толпа, найти бы время...

URL
2017-01-04 в 07:59 

~Alexija~
Рыжая - это состояние души
моя ждет...

2017-03-26 в 13:10 

~Alexija~
Рыжая - это состояние души
ух ты) продочка)))
Классно))
И я хочу еще:jump3:

   

Дневник.

главная